Опустела без нее земля....

16/02/2018 в 15:30

Мама умерла. Хочу написать как это было у нас, потому что когда ждала этого, мучили вопросы « как это предугадать? какие признаки? как подготовиться?» и много других. Оказалась не готова…кому интересно прочтите и не осуждайте. Мы с мамой свой путь прошли….У вас будет свой. Итак, по порядку, насколько смогу…

Мама ходила самостоятельно до мая прошлого года. Бродила по комнате, могла сама встать с кровати, под моим присмотром ходили в туалет, сама подмывалась. Я вела ее на кухню, она сама ела. Говорила мало, только отвечала на мои вопросы. Интереса ни к чему не было. На улицу не ходила, только когда устраивала побеги. Сидела с невидящим взглядом. Думала она о чем или нет-не знаю. Потом она начала подволакивать левую ногу. Потом у нее ноги стали слабеть и мне приходилось ее буквально тащить на себе в туалет и на кухню. Потом я перестала это делать, она просто падала- ноги не держали, а у меня не было сил. Одновременно она перестала сама кушать, просто не могла держать ложку и поднести ко рту. Потом она не могла подняться самостоятельно с постели и сидеть. Я ее обкладывала подушками, чтобы как-то зафиксировать. И вот однажды левая рука и нога скрючились. Они перестали разгибаться. Я не буду описывать мои действия по попыткам лечения, массажей и прочего. Это уже не важно. Просто они скрючились и мама стала лежачей. ВСЕ! Я как – то быстро купила кровать, противопролежневый матрас и прочее. Определила ей место у окна. Она все пыталась подняться, САМА, меня не просила. Ее напрягало лежащее положение. И вот в один миг ее всю сложило. И поза «Эмбриона». Это случилось в августе. Страшно было за этим наблюдать. Скорая, врач и приговор «от 3-до 6 месяцев!». И началась лежачая стадия. Она лежала у окошка , смотрела на улицу и о чем-то думала, смотрела, думала и молчала…смотрела сквозь меня…. хорошо кушала, запоров у нас не было, писалась нормально. Поначалу я ее даже носила мыться в ванную. Потом перестала, она стала очень нервничать и бояться. Она помогала мне, как могла, в уходе за собой, правой рукой могла держать банан и есть его сама, даже пыталась кушать ложкой. Но быстро осознала свою беспомощность… и начала ХУДЕТЬ! На глазах! Просто по часам и минутам…Особых проблем с пролежнями не было, я справлялась. Каждый день мыла, обтирала, любое покраснение обрабатывала.

Потом моя операция и мне пришлось прибегнуть к услугам сиделки. Прошли мы и этот этап. Сиделка- медсестра. Я проглатывала, что она лазит по шкафам, неприятно морщилась, что портит какие-то вещи, но когда я заметила, что она пьет…это был уже предел. Сделала замечание и она ушла, «хлопнув дверью».

Это уже был ноябрь. У мамы начало скакать давление, иногда температурила. Появлялась неожиданная слабость. Приходилось ее разговаривать. Состояние колебалось от нормального до никакого….Она начала все забывать, даже свое имя иногда не могла сказать. В один из наших ноябрьских «разговоров» , она сказала что умрет, когда придет время. Умирать она не хотела, она всегда хотела ЖИТЬ! ВСЕГДА!

Потом наступил декабрь. Мой день рождения, 1 декабря. Мама плохо себя чувствовала, я не могла понять причины. Она была беспокойна, температура и давление были в норме. Но она постоянно спала и мне ее приходилось вытаскивать из этого состояния , чтобы покормить и обуходить. Такое состояние ее было до вечера 5 декабря. Она вдруг обмякла и спокойно уснула, а утром 6 я узнала о кончине сестры. Этот ужас я не забуду никогда! 9 декабря я пошла в церковь и пригласила батюшку к маме. Он пришел, причастил маму, отпустил ей грехи. Мама успокоилась, и начала медленно угасать…Знаете, как в театре медленно гаснет свет…Так гасла моя мама….

И вот теперь! Прошу не надо в мой адрес кидать камни. Я свой путь мытарств, страданий, ужаса, страхов, боли прошла. У вас будет свой. (Я два года, с декабря 2015, пыталась найти работу. Безрезультатно. Сейчас не об этом). За эти два года я познала и показную заботу «друзей-приятелей», и безотказную помощь посторонних людей, и безответные телефонные звонки, и сиюминутные приезды. Работу пыталась найти, чтобы отвлечься, и чтобы как говорится, кушать. И вот одна из моих приятельниц предложила мне работу в той области, где я работала много лет, где мне было комфортно и интересно. Господи, какие муки, какие колебания я пережила. Глядя на маму, я понимала, что все близится к завершению, я понимала, что надо думать уже о себе, о том как дальше жить, понимала, что еще раз такое предложение не поступит. Я оттягивала принятие решения, на работе меня терпеливо ждали, подруги уговаривали. Я перебрала все варианты ухода: переезд вместе с мамой в Москву, сиделка с проживанием дома, соцработник, пансионат. Перевозить маму уже было нельзя. От сиделки отказалась. Соцработник отказался за «любые деньги говно вывозить». (не мое выражение!). Посетила несколько пансионатов. Это отдельная история и не для этого поста. Но я нашла.

Новый год я уже понимала будет последний с мамой. На работу мне надо было выходить 15 января. До 11 января я была с мамой дома каждую минуту. Нарядила елку, баловала ее вкусностями, разговаривала, держала за руку, просто сидела, читала молитвы, просила прощения, любила каждую минуту. Мама таяла как свеча. 11 января я мамочку помыла, навела лоск и повезла в пансионат. Я подписала договор на оказание паллиотивной помощи (на три месяца). С 11 по 15 января у мамы была по три раза на день. Сама ее кормила, разговаривала, наблюдала за ее содержанием и отношением к ней. Я не буду здесь ничего рекламировать и мои душевные страдания никому не нужны, но, поверьте, мне было не просто. Первую неделю мама чувствовала себя хорошо. Лежала чистенькая, ухоженная, сытая. Смотрела своими глазками. Я смотрела записи ее состояния, видела сама. Во вторую неделю (Суббота, воскресение были моими посещениями мамы), тоже было все хорошо. В воскресенье вечером мы с мамой поговорили. Она сказала, что меня узнала, что любит меня. Сказала, что будет ждать меня с работы, поцеловала меня (такой нежный поцелуй в щеку). Третья неделя. Я была у нее в субботу. Она спала, и так и не проснулась. В воскресенье этот дикий снегопад. Пансионат в лесу. Все занесено. Я сумела проехать и застряла. Несколько часов не могла выехать. Кругом под тяжесть снега падали деревья. Когда смогла откопаться и выехать, уже приняла решение не ехать к маме. И теперь последняя неделя. Маме резко стало плохо. Мне сообщили в четверг в обед. Я была у нее уже вечером. Температура 38,7, тяжелое дыхание, хрипы, стоны. Сон это был или она была без сознания не знаю….Худоба? нет, это более страшное слово. Она уже ничего не ела, не пила. Только губы смачивали. Ей сделали укол –антибиотика, сбили температуру. Дыхание стало легче, спокойнее, иногда она стонала. А я рыдала. Держала ее за руку и глотала слезы. В субботу с утра я была у нее. Тогда мне сказали, что надо готовиться. Я сидела и говорила, и говорила с мамой. Она лежала, а я говорила. Глазки, закрыты, рот приоткрыт, дыхание ровное. И вот в какой-то момент она открыла глаза. Я закричала, потому что я поняла , что она меня узнала и улыбнулась мне, что-то пыталась мне сказать. Я начала ее поить, кормить. А она только пускала пузыри. Прояснение в ее состоянии было всего несколько минут, а мне кажется, что за эти мгновения я вспомнила в разговоре с ней все наши счастливые моменты. Я ее благодарила и просила у нее прощения. Мне кажется, что она меня услышала и простила. Потом она закрыла глаза и отключилась. Я просидела с ней несколько часов, она больше так и не очнулась. На ночь остаться мне не разрешили. (наверное, и правильно). Утром мне позвонили в 7.12. Услышав звонок, я все поняла. Мама умерла, так и не выходя из своего состояния.

Это было воскресение. Морг закрыт. Все закрыто. Я просидела весь день в ступоре. Я не плакала, у меня слезы пересохли. Я что-то делала, чтобы не свихнуться от мыслей. И была в ужасе , что не смогу похоронить на 3 день.

В понедельник звонок в 8 утра в морг. Потом мотание по службам: найти катафалк, найти людей на вынос, купить гроб и принадлежности, заказать в храме отпевание, отдать в фотоателье фотографию, отвести одежду и принадлежности для погребения, дождаться справки о смерти ( выдали в час дня), оплатить в банке услуги морга, потом в ЗАГС за свидетельством о смерти, потом оформление захоронения, потом на кладбище смотреть могилу, потом в пенсионный фонд оформить выплаты на погребение, забрать фотографию, купить живые цветы. В начале шестого я была дома. Начала готовить поминки. Вечером приехала приятельница из Москвы. Мы с ней проговорили весь вечер. Я рассказывала о маме.

Утро вторника. Ночь я не спала. Я лежала и думала о маме, об отце, сестре. В 10 утра были в морге. Маму вынесли в начале 11. Я очень боялась посмотреть на маму. А увидев, успокоилась. У не было мирное лицо, не было этой жуткой маски смерти. Это было лицо уснувшей бабушки, не было следов боли и страданий, не были синие губы, лицо не было покрыто гримом. Руки были сложены на груди. Одна ножка была выпрямлена, а другая так и была в согнутом состоянии (это для тех кто интересуется, как поступают с позой эмбриона). Она лежала и как будто спала. В 11 началось отпевание, а в 11.45 мама была предана земле. Провожали ее всего четыре человека. Я, мой бывший муж, две мои приятельницы (за что им всем отдельное мое огромное спасибо). Место на кладбище выделили сухое, светлое. Погода была морозная, безветренная и было яркое-яркое солнце.

Написала как смогла. Придет время, и каждый напишет здесь свою историю, главной героиней которой будет БОЛЕЗНЬ. В нашей истории поставлена ТОЧКА. Мама ушла, я осталась. Одна. Еще раз прошу не надо меня осуждать. Свой грех я и сама знаю. За него сама буду отвечать перед Всевышним. Плохая я была дочь или хорошая….Пусть судит ОН.

И еще одно. Мы много раз говорили, как себя спасти и не сойти самим с ума с этой треклятой болезнью. ИДИТЕ к ЛЮДЯМ! Ищите общения, переключайтесь, переключайте свои мысли. Легко сказать, трудно сделать! И помните! МАМ, ПАП, БАБУШЕК, ДЕДУШЕК! ВСЕХ!

Top